Евгения Олеговна Кучер, кандидат медицинских наук, доцент, кафедра психиатрии и наркологии, Медицинский институт ; старший научный сотрудник
Санкт-Петербург
Evgeniya O. Kucher, Cand. of Sci. (Med.), Docent, Department of Psychiatry and Addictons; Senior Researcher
Saint Petersburg
Наталия Николаевна Петрова, доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой, кафедрапсихиатрии и наркологии, Медицинский институт
Санкт-Петербург
Nataliya N. Petrova, Dr. of Sci. (Med.), Professor, Head of Department, Department of Psychiatry and Addictons
Saint Petersburg
Эмилия Дмитриевна Сигрид Пехконен, студентка, медицинский факультет, Медицинский институт
Санкт-Петербург
Sigrid Emilia D. Pehkonen, Student, Medical faculty
Saint Petersburg
Лариса Альбертовна Азарова, заместитель главного врача по медицинской части
Санкт-Петербург
Larisa A. Azarova, Deputy Chief Physician
Saint Petersburg
Владимир Борисович Дутов, кандидат медицинских наук, главный врач
Санкт-Петербург
Vladimir B. Dutov, Cand. of Sci. (Med.), Chief Physician
Saint Petersburg
Маргарита Валентиновна Варакса, заместитель главного врача по медицинской части
Санкт-Петербург
Margarita V. Varaksa, Deputy Chief Physician
Saint Petersburg
Обоснование: влияние семейного опыта и социального окружения на употребление алкоголя пациентами с психическими расстройствами мало исследовано, несмотря на то что оно может быть еще одним фактором помимо болезни, определяющим употребление алкоголя. Цель работы: изучение влияния семейных традиций и среды на употребление алкоголя пациентами с психическими расстройствами. Пациенты: 106 пациентов с различными психическими расстройствами, получавших лечение в стационарных и амбулаторных условиях. Методы: анализ медицинских карт и интервью с использованием опросника «Употребление алкоголя: опыт, паттерн, лечение», теста употребления алкоголя (Alcohol Use Disorders Identification Test, AUDIT), шкалы оценки побочных эффектов (Udvalg for Kliniske Unders gelser, UKU), шкалы комплаентности (Drug Attitude Inventory-10, DAI-10). Результаты: доля пациентов с высоким уровнем риска в отношении алкоголя составила 21% от всех испытуемых. Пациенты с высоким уровнем риска отличались по стилю употребления алкоголя в родительской семье: их родители чаще употребляли алкоголь. Первые пробы алкоголя пациентами также происходили в родительской семье. Все пациенты с высоким риском начали употреблять алкоголь до развития заболевания. В окружении таких пациентов в прошлом было больше людей, употребляющих алкоголь в больших количествах. Несмотря на то, что у пациентов с психическими расстройствами и высоким уровнем риска алкоголизации изменилось окружение в настоящем, они все же более склонны к ситуативному выбору алкоголя, чаще используют его для совладания с трудностями, и, по-видимому, используют тот же стиль поведения в отношении алкоголя, сложившийся ранее. Выводы: пациенты, у которых обнаружен высокий риск проблем в отношении алкоголизации, вероятно, вынесли стиль употребления спиртных напитков из родительской семьи, они чаще употребляют алкоголь под влиянием ситуации. Тем не менее одной трети пациентов удалось сократить употребление алкоголя за время психической болезни.
Background: environmental influences on alcohol use in patients with mental disorders have received little research, although they may be another determinant of alcohol use beyond illness. The aim was to study the influence of family traditions and social environment on alcohol consumption by patients with mental disorders. Patients: 106 patients with various mental disorders who received treatment in inpatient and outpatient settings. Methods: patient information was received from the medical record and interviews using questionnaire “Alcohol use: experience, pattern, treatment” and scales: Alcohol Use Disorders Identification Test (AUDIT), Udvalg for Kliniske Undersogelser Scale (UKU), Drug Attitude Inventory-10 (DAI-10). Results: the proportion of patients with high risk for alcohol use problems was 21% of all patients. Patients with a high level of risk differed in the style of drinking alcohol in the parental family: their parents drank alcohol more often. These patients also had their first experience of drinking alcohol in their parental family. There were more people who drank alcohol in large quantities in the past environment of such patients. Although high-risk patients had changed their current environment, they were still more likely to make situational alcohol choices, use it more often to cope with difficulties, and appeared to use previously established drinking styles. All high- risk patients began drinking alcohol before the onset of the disease. Conclusions: patients with a high risk of problems with alcohol use are more likely to have learned their drinking style from their parents, and they are more likely to drink alcohol under the influence of the situation. However, one third of patients were able to reduce their alcohol consumption during illness.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.