Андрей Александрович Кибитов, аспирант; младший научный сотрудник
Москва
Andrey A. Kibitov, Postgraduate student; Junior Researcher of Scientific and Clinical Research Center for Neuropsychiatry
Moscow
Маргарита Алексеевна Морозова, доктор медицинских наук, заведующий отделом терапии психических заболеваний
Москва
Margarita A. Morozova, Dr. Sci. (Med.), Head of the Department of Therapy of Psychiatric Disorders
Moscow
Обоснование: несуицидальное самоповреждающее поведение (НССП) — распространенный феномен, модифицирующий течение основного расстройства и являющийся потенциальным трансдиагностическим клиническим маркером для персонализации психофармакотерапии (ПФТ). В настоящее время не существует каких-либо обоснованных рекомендаций по ПФТ пациентов с теми или иными психическими расстройствами и НССП. Анализ данных реальной клинической практики (РКП) позволяет оценить эмпирически сформированные в ходе повседневного врачебного опыта подходы к фармакотерапии пациентов с НССП, однако подобные исследования, по нашим данным, еще не проводились. Цель работы: изучить ассоциации между наличием НССП в клинической картине аффективных расстройств и расстройств шизофренического спектра и особенностями ПФТ пациентов в реальной клинической практике. Материалы и методы: проанализирована медицинская документация, содержащая сведения о ПФТ, проводимой на протяжении заболевания. Исследованные случаи включили 126 пациентов с диагнозами расстройств шизофренического спектра (по МКБ-10 F20, F21, F25 — группа F2) и аффективных расстройств (по МКБ-10 F31, F32, F33 — группа F3). Среди них оказалось 54,8% женщин (n = 69). Медиана (Q1; Q3) возраста составила 22 (20; 24) года. У 69,8% (n = 88) пациентов отмечено НССП. В ходе статистического анализа данных были проведены межгрупповые сравнения характера ПФТ пациентов с НССП и без НССП в каждой из диагностических групп. Проведено сопоставление ПФТ между пациентами с НССП из групп F2 и F3, а также регрессионный анализ для сочетанной оценки влияния таких факторов, как диагностическая группа основного расстройства и наличие НССП. Результаты: пациенты с НССП получали значимо более интенсивную терапию нормотимиками (усредненные литиевые эквиваленты (мг/сут): 280,1 (78,8; 592,0) vs. 5,3 (0; 468,0), p = 0,002), а также чаще получали терапию транквилизаторами на регулярной основе (процент от длительности всей терапии: 0 (0; 8,47) vs. 0 (0; 0), p = 0,007). Регрессионный анализ подтвердил значимую ассоциацию НССП c более интенсивной терапией нормотимиками (p = 0,011) и более длительной терапией транквилизаторами (p = 0,026). Эта ассоциация оказалась более выраженной в группе пациентов с аффективными расстройствами. Выводы: характерные параметры психофармакотерапии (ПФТ) у пациентов с НССП позволяют расценивать это состояние как трансдиагностический маркер для индивидуального подбора последующего лечения. Полученные результаты могут послужить основой для дальнейшей оценки эффективности и безопасности выявленных терапевтических стратегий в рамках рандомизированных клинических исследований.
Background: non-suicidal self-injury (NSSI) is a prevalent transdiagnostic phenomenon that modifies the course of the primary disorder and can be considered as a potential transdiagnostic clinical marker for psychopharmacotherapy (PT) personalization. To date, there are no evidence-based recommendations for the PT of patients with specific mental disorders with comorbid NSSI. Analysis of real-world data (RWD) allow evaluation of empirically developed pharmacotherapeutic approaches formed through routine clinical practice in patients with NSSI. However, to our knowledge, such studies have not yet been conducted. Aim: to assess the associations between presence of NSSI as a transdiagnostic phenomenon and the characteristics of PT in patients with affective disorders and schizophrenia spectrum disorders, using RWD. Materials and Methods: medical records containing lifetime PT data were analyzed for 126 patients (54.8% (n = 69) women; median (Q1; Q3) age: 22 (20; 24) years; 52.4% (n = 66) with schizophrenia spectrum disorders (ICD-10 diagnoses F20, F21, F25 — group 2) or with affective disorders (ICD-10 diagnoses F31, F32, F33 — group 3). NSSI was present in 69,8% (n = 88) of patients. Statistical analysis included between-group comparisons, along with regression analyses for combined assessment of the effects of diagnostic group and NSSI factors. Results: patients with NSSI received significantly more intensive mood stabilizer therapy (mean lithium equivalents, mg/day: 280,1 (78.8; 592.0) vs. 5.3 (0; 468.0), p = 0.002) and more frequently received regular tranquilizer therapy (percentage of total treatment length: 0 (0; 8,47) vs. 0 (0; 0), p = 0.007). Regression analyses confirmed a significant association between the presence of NSSI and more intensive mood stabilizer therapy (p = 0.011), as well as longer duration of tranquilizer treatment (p = 0.026). The latter association was more pronounced in patients with affective disorders. Conclusions: this pilot RWD study identified several transdiagnostic features of PT in patients with comorbid NSSI, which allow to consider NSSI as a transdiagnostic clinical marker for PT personalization. These findings may serve as a basis for evaluating the efficacy and safety of the identified therapeutic strategies in randomized clinical trials.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.