Наталия Анатольевна Польская, доктор психологических наук, доцент, профессор, кафедра клинической психологии и психотерапии
Москва
Natalia A. Polskaya, Dr. of Sci. (Psychology), Professor
Moscow
Анна Юрьевна Разваляева, кандидат психологических наук
Москва
Anna Yu. Razvaliaeva, Candidate of Psychological Sciences
Moscow
Обоснование: субъективный опыт нанесения самоповреждений является важным источником знаний о мотивах такого поведения и основой для понимания динамики перехода от несуицидальных самоповреждений к суицидальным попыткам.
Цель исследования: описать и систематизировать способы и субъективные причины нанесения самоповреждений на основе качественных данных, полученных при анкетировании участников онлайн-сообществ психологической и непсихологической направленности.
Участники исследования и методы: выборку составили 664 человека в возрасте от 17 до 35 лет, из них 563 (84,4%) женского и 101 (15,2%) мужского пола. В исследовании использовалась анкета, разработанная авторами.
Результаты: способы намеренного причинения себе физического вреда были сгруппированы в три кластера: 1) локальный вред (n = 385) — несуицидальные травматические самоповреждения; 2) глобальный вред (n = 18) — аутодеструктивные практики причинения вреда своему организму (отравление, депривация, злоупотребление ПАВ и др.); 3) сочетание локального и глобального вреда, когда респонденты (n = 109) указывали оба способа. В группе локального вреда оказалось больше юных респондентов, а в группе локального/глобального вреда — респондентов более старшего возраста и тех, кто указал на нарушения психического здоровья. На основе анализа указанных участниками причин причинения себе вреда выделено девять тем: 1) переживание эмоций; 2) регуляция эмоций; 3) боль; 4) отчуждение от себя; 5) негативный образ себя; 6) межличностное отвержение; 7) суицидальные тенденции; 8) влечение к самоповреждению; 9) возраст. Темы были близко связаны между собой, центральными выступили связанные с эмоциональными переживаниями и их регуляцией через физическую боль.
Заключение: индивидуальные пути формирования самоповреждающего поведения могут быть связаны с неспособностью выдержать остроту душевной боли, выстоять при столкновении с собственными негативными эмоциями; с негативным самовосприятием и высокой неудовлетворенностью собой; с чувством оторванности от других, воспринимаемым пренебрежением и отвержением; а также с психопатологической симптоматикой.
Background: the subjective experience of self-harm emerges as an important source of knowledge about the motives of this behavior and as the basis for understanding the dynamics of transitioning from non-suicidal self-injuries to suicide attempts.
The objective: to describe and systematize methods and subjective reasons for self-harm on the basis of qualitative data yielded by a survey in online communities.
Participants and method: the respondents were recruited from online communities focusing on psychological or non-psychological issues. The sample (n = 664, aged 17–35) included 563 (84.4%) women and 101 (15.2%) men. The study utilized a survey developed by the authors.
Results: methods of inicting deliberate self-harm were grouped into three clusters: 1) local self-harm (n = 385) included non-suicidal self-injuries; 2) global self-harm (n = 18) united self-destructive practices aimed at the body on the whole (poisoning, deprivation, drug and alcohol abuse, etc.); 3) local and global self-harm cluster (n = 109) included respondents with both types of self-harm. Local self-harm cluster included more young participants; participants with both local and global self-harm were older and reported mental health problems more often. The analysis of reasons for self-harm yielded 9 topics: 1) emotional experiences; 2) emotion regulation; 3) pain; 4) self-alienation; 5) negative self-image; 6) interpersonal rejection; 7) suicidal tendencies; 8) self-harm urges; 9) age. The topics were closely related; the central topics were the ones related to emotional experiences and their regulation through physical pain.
Conclusion: individual developmental pathways to self-harm can be associated with intolerance of intense mental pain, inability to endure one’s own negative emotions; negative self-image and high dissatisfaction with oneself; feeling alienated from the others, perceived disregard and rejection; and psychopathological symptoms.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.